Как социальное предпринимательство влияет на жизнь незащищенных категорий: опыт Украины и Латвии

Защита самых уязвимых частей населения – одна из главных задач общества. Однако государство не всегда справляется с этой миссией.

Социальные программы зачастую финансируются по остаточному принципу. А до стариков, детей с инвалидностью и прочих социально не защищенных категорий людей у государства руки не доходят.

Увы, к качеству услуг, предоставляемых державой, возникает множество вопросов. Часто чиновники не могут быстро реагировать на внезапные вызовы – мы могли в этом еще раз убедится во время эпидемии COVID-19.

Вот тут на помощь и приходят социальные предприниматели, которые готовы взять у государства ряд функций, в том числе по уходу над стариками и людьми с инвалидностью.

И получается это у них часто намного лучше. К примеру, в Латвии одинокой бабушке или дедушке достаточно нажать кнопку, и к нему тотчас же мчится трейлер с душем, стиральной машиной и даже с парикмахерским креслом!

В Украине тоже есть предприниматели, занимающиеся так называемым социальным бизнесом. Они оборудуют площадки для детей с инвалидностью, финансируют проекты развития города, создают рабочие места для бездомных.

В этом материале мы расскажем о том, что такое социальное предпринимательство в Украине, как работает социальный бизнес в Латвии, а также о проблемах и перспективах этого начинания.

Мы побеседовали с людьми, которые долгие годы занимаются общественной работой и полезным бизнесом.

Организация «ОЛАННА» в мае-сентябре этого года в рамках реализации грантового проекта от House of Europe провела ряд встреч (в онлайн формате) на темы: «Как общественные организации могут предоставлять социальные услуги за бюджетные средства» и «Опыт украинских и латвийских общественных организаций — социальные услуги за бюджетные средства».

Менторами этого проекта были Андрис Берзинс (Латвия) и Янина Левковская (Украина)

Все герои нашей публикации приняли участие в этих встречах и готовы поделиться своими знаниями.

Что такое социальное предпринимательство?

Рассказывает Наталья Датченко, аспирантка кафедры социальной педагогики и социальной работы Киевского университета имени Бориса Гринченко:

«Нужно различать социальный заказ и социальное предпринимательство – хотя они могут пересекаться. Социальный заказ предполагает, что неправительственные организации могут быть допущены к предоставлению социальных услуг, которые нужны уязвимым слоям населения. В 2019 году был принят Закон Украины «О социальных услугах», после чего НПО получили возможность получать государственное финансирование в сферах, куда раньше допускались только коммунальные предприятия.

В Законе перечислены 16 базовых услуг – их обязаны оказывать местные громады.

Но общество также нуждается в более сложных услугах – в хосписах, дневных центрах для детей с инвалидностью. Громады могут их создавать, но это не является их обязанностью. В создании этих объектов могут участвовать как госструктуры, так и НПО. И они должны конкурировать.

Главная особенность соцзаказа – люди не должны платить. Нужды должно оплачивать государство.

Принятию закона предшествовало 20 лет борьбы – мы доказывали, что в Украине необходимо создавать рынок соцуслуг. Необходимо убирать монополию государства. Здесь нужны неправительственные организации с их креативным подходом!» — считает Наталия Датченко.

Каковы критерии социального предприятия?

«На социальном предприятии могут работать уязвимые слои населения: женщины, пострадавшие от насилия; вышедшие из мест лишения свободы; люди с задержками развития. Например, открывается мастерская, где, допустим, шьют белье. Или столярная мастерская. И 30% работающих – люди, прошедшие места лишения свободы.

Люди оказались за бортом жизни – социальное предприятие позволяют им вернуться в общество.

Или же предприятие часть прибыли направляет на социально значимые цели – и эти цели указаны в уставных документах. Допустим, ресторан отдает 80% прибыли на улучшение инфраструктуры города», — рассказывает Наталия Датченко.

Естественно, социальные направления, которые сейчас обкатываются в Украине, более ста лет уже практикуются на Западе.

Из стран, вышедших из СССР, наибольшего успеха добилась Латвия. Латвийцы пришли к тому, что государственные и общественные структуры в сфере предоставления социальных услуг у них работают на равных. Нет главных и второстепенных.

Идея социального предпринимательства в том, чтобы помочь государству качественнее выполнять свои обязательства перед незащищенными гражданами.

«Мы никогда не ставим деньги во главу угла, мы говорим о приоритетах. Мы говорим, что деньги есть. Это факт. Мы спрашиваем, считает ли власть своим приоритетом решить проблемы людей? Видит ли власть в этом свою стратегическую задачу?», – говорит Датченко.

Социальные услуги финансируются по остаточному принципу. И у нас пока приоритет – проедание. Мы видим, что большая часть социальных выплат неэффективна. Деньги дают небольшие и человек не в состоянии восстановить свой социальный потенциал. Человек на крючке зависимости от выплат – не ищет работу, не видит способов, чтобы вернуться к нормальной жизни».

А нужна долгая работа, чтобы человек смог в себя поверить».

Андрис Берзинс, директор «Латвийской ассоциации Самаритян» делится опытом с украинскими коллегами.

Пять месяцев он курировал проект ГО «ОЛАННА» в рамках программы House of Europe по обмену опытом – рассказывал о тонкостях социального предпринимательства.

Латвийская Ассоциация Самаритян является наиболее влиятельной неприбыльной организацией Латвии, а также крупнейшим социальным предприятием страны. Самаритяне предоставляют высококачественные социальные, медицинские и образовательные услуги, направленные на уход за пожилыми людьми на дому и реабилитацию людей с инвалидностью.

Андрис Берзинс в этом деле уже около 30 лет, сам себя он называет «динозавр социального предпринимательства в Латвии».

Об уникальном опыте этой организации, о ее «всеохватности» можно написать отдельную статью. Но пока поделимся одним из примеров просто трогательного опыта заботы о людях.

Господин Берзинс рассказал про мобильную службу, помогающую одиноким старикам, проживающим в отдаленной местности, на хуторах. Это так называемый Дом помощи на колесах.

«Через специальное устройство старик может вызвать службу, просто нажав кнопку. Приезжает трейлер, оборудованный душем, кухней, стиральной машиной, парикмахерским креслом. Два социальных работника стирают вещи нуждающегося, убирают в доме, помогают готовить еду. Всего у нас 7 таких автомобилей», — говорит Андрис Берзинс.

Что интересно, мобильные службы не привязаны к какому-то отдельному району, Дома на колесах Самаритян покрывают большую часть Латвии.

«Мы проводим очень много акций – когда людям предоставляется конкретная помощь – от еды и одежды до ухода за больными. Но когда благотворительные акции одноразовые – это неправильно, это не приносит удовлетворения. И в Латвии, и в целом, в Европе, главное было наладить долгосрочное сотрудничество с муниципалитетами, выйти на долгосрочные непрерывные проекты, которые оплачивает государство. И важно чувство миссии – мы делаем добро и благодаря социальному заказу в помощи участвует все граждане, все общество. И это нужно делать постоянно.

Я уже второе десятилетие слежу за развитием гражданского общества в Украине, поддерживаю контакт с коллегами, вижу, и огромное желание, и умение помогать людям.

Оглядываясь назад, на начальные контакты и сравнивая их с сегодняшней ситуацией, должен сказать, что вы очень продвинулись вперед. Мне совершенно очевидно: в Украине есть фантастически мотивированные люди и организации, готовые делать больше и брать на себя большую ответственность.

Среди последних значимых дел – открытие дневного Центра для детей Киевским отделением Самаритян. Обязательно поговорите с его главой, Яниной Левковской».

СМОТРЕТЬ ВИДЕО, СДЕЛАННЫЕ ПО МАТЕРИАЛАМ ВЕБИНАРОВ

Як ГО можуть надавати соціальні послуги за бюджетні кошти

Досвід українських ГО – соціальні послуги за бюджетні кошти, 2 частина

Досвід українських ГО – соціальні послуги за бюджетні кошти, 2 частина, коротка версия

Досвід латвійських ГО – соціальні послуги за бюджетні кошти, 1 частина

Досвід латвійських ГО – соціальні послуги за бюджетні кошти 1 частина, коротка версія

Говорим с Яниной Левковской, исполнительным директором ОО «Союз Самаритян Украины Киевское Объединение».

— Янина, в ноябре вы открыли детский Центр. Об этом сообщали киевские СМИ. Расскажите, как он будет работать, в чем его новизна?

— Задумка возникла еще в 2009 году. Тогда мы создали Центр временного пребывания одиноких матерей и детей с инвалидностью «Особенный ребенок». При этом мы использовали европейскую практику, взяли концепцию партнеров из Германии, подали проект на международный конкурс и выиграли грант на ремонт помещений.

В 2021 году мы сделали следующий шаг: отремонтировали и оснастили помещения для нового Центра, теперь для подростков и молодежи с инвалидностью. Нам удалось это сделать за счет благотворительных пожертвований наших мюнхенских партнеров — объединение «Мост в Киев», Фонд Баварского телевидения «Звездный час», Фонд Юлиуса Итцеля.

Центр находится в Киеве на улице Богатырской, 30, на территории 1-й городской детской больницы.

Помещения Центра обустроены на высоком европейском уровне, учтены все потребности в передвижении и пребывании людей с инвалидностью. Здесь есть и сенсорная комната, и помещения для работы психологов, и просторные санитарные комнаты, и помещения для отдыха и досуга.

Подопечные получают горячее питание, наряду с квалифицированными специалистами по уходу с ними работают: психолог, логопед-коррекционный педагог, реабилитолог.

Рядом с Центром мы построили, наверное, единственную в городе инклюзивную детскую площадку, которая задумана таким образом, что ею могут пользоваться все дети, в том числе и дети с инвалидностью.

Важно, что Центр располагается рядом с больницей. При необходимости ребенок, который находится в нашем Центре, может получить квалифицированную медицинскую помощь или консультацию врача. Здесь же находится Медицинский центр реабилитации детей с церебральным параличом. Допустим, ребенок проходит курс реабилитации – 12 дней. Родителям не нужно привозить его каждый день, т.к. в нашем Центре также предусмотрено временное круглосуточное пребывание. Наши сотрудники за ним ухаживают, повторяют оздоровительные упражнения — это делает лечение и реабилитацию более эффективными.

Мы также осуществляем мобильный уход за тяжелобольными детьми и детьми с инвалидностью. Две бригады обслуживают 80 детей, выезжая на дом. Это позволяет улучшить качество жизни детей и разгрузить их матерей, предоставить им шанс на социализацию и, в некоторых случаях, на трудоустройство.

Центр может принять 25 детей, которые не в состоянии самостоятельно передвигаться, плюс еще 10 детей с интеллектуальными нарушениями.

Все указанные услуги предоставляются для семей бесплатно.

— То есть всё это оплачивает город?

— Не всё. Но об этом чуть позже. Важно: мы привлекаем к работе высококвалифицированных специалистов, которые работают по совместительству, их оплачивает город. Но дети получают помощь бесплатно. Это похоже на страховую систему, громада платит за тех, кто не в силах это сделать сам – так работают, например, в Австрии.

— Легко ли было договориться с Киевской администрацией? Вы получаете льготы?

—  Как таковых льгот нет. А сотрудничество инициируем мы сами. Мы принимаем участие в изучении потребностей горожан в той или иной услуге, затем эту информацию подаем в департамент социальной политики города Киева. Это официальные данные, чиновники не могут от них «отмахнуться». И уже потом, на основании этой информации, комиссия при департаменте определяет приоритетность.

Мы нашли общий язык с Киевской городской администрацией и уже третий год принимаем участие в социальном заказе. Об этих услугах я уже упоминала: дневной уход за тяжело больными детьми и дневной уход за детьми с интеллектуальными нарушениями.

Эти услуги у нас закупает город Киев. Планируем в следующем году заключить договор на три года.

— А что нужно сделать главное по вашему направлению в Украине? И, кстати, как бы вы это направление определили?

— Организация Союз Самаритян существует 125 лет в Европе. Она создана именно для оказания социальных услуг. Про уход за больными я уже рассказала.

Мы создаем службы и модели работы. У нас есть служба транспортировки лежачих больных. Водитель и санитар возят больного на процедуры, если нужно, поднимают на носилках на верхние этажи. Рассчитываем, что в следующем году Киев закупит у нас и эту услугу.

Мы проводим обучение по оказанию первой помощи, уходу за тяжелыми больными, паллиативному уходу. Наши тренеры – сертифицированные, прошли обучение в Германии.

А что нужно сделать в Украине? Следует привести к общему пониманию стоимость социальных услуг. Городские власти должны знать реальную себестоимость. Ведь часть средств дают или партнеры, или благотворители, часть – город, очень трудно привести все затраты на оказание услуг к общему знаменателю.

Если бы была четкая тарификация – стоимость наших услуг можно было бы сравнивать, например, с ценами коммунальных структур. Потому что коммунальные территориальные центры социального обслуживания людей с инвалиднстью и пенсионеров также оказывают подобные услуги, у них постоянное бюджетное финансирование. Кроме того, они имеют право оказывать платные услуги.

Негосударственный сектор оказывается с ними в неравных условиях.

Терцентры официально публикуют лишь тарифы на платные социальные услуги.

Базовые социальные услуги, например, уход на дому или дневной уход у них финансируется не напрямую как услуга, а опосредованно в составе финансирования учреждения.

В нашем случае в стоимость услуги дневного пребывания, которую закупает город, в настоящий момент мы смогли включить лишь зарплату персонала. А вот транспортировка детей и питание в Центре – это все идет за благотворительные пожертвования. То есть – о себестоимости речь не идет.

Или такой нюанс: Киев платит привлеченным специалистам, но внести в стоимость социальной услуги оплату коммунальных услуг и аренду пока не получается. Максимум – зарплата персонала.

Коммунальные учреждения четко финансируются по бюджетному кодексу. А мы должны думать, чем заплатить за коммунальные услуги и аренду. Новый закон об аренде коммунального и государственного имущества отменил аренду «за гривну». Была такая льгота для общественных организаций – можно было арендовать помещение до 100 кв.м. за 1 гривну. Теперь такого уже нет.

Что получается? Мы, неприбыльная организация, берем в аренду полуразваленные помещения, которые находятся в коммунальной собственности, приводим их в безупречный порядок для оказания социальных услуг жителям города, и при этом, еще и вынуждены платить весьма существенную аренду.

— Что планируете сделать в ближайшее время?

Наши социальные инициативы развиваются вместе с актуальными потребностями киевлян.

Мы планируем пролоббировать закупку городом социальных услуг для молодежи с инвалидностью старше 18 лет.

Когда ребенку с инвалидностью исполняется 18 лет, почти все двери для него закрываются: больше никакой учебы, никакой помощи по реабилитации, практически нет возможности получить услуги дневного ухода. Хотя, конечно, потребность во всех этих же услугах, остается актуальной и после достижения 18 лет. Кроме того, когда ребенок с инвалидностью взрослеет, уход за ним становится еще сложнее – его тяжелее нести, поднять, искупать и так далее.

Мы сейчас отремонтировали помещение как раз для такой категории киевлян.

Нашими социальными инициативами мы стараемся продемонстрировать власти и общественности, что организации гражданского общества способны на высоком профессиональном уровне оказывать и социальные услуги.

Мы готовы предлагать пути решения в таких формах сотрудничества, при которых власть сохраняет за собой контрольную функцию, но при этом исполнение делегирует общественному сектору – такая практика зарекомендовала себя как наиболее эффективная в большинстве развитых стран.

Команда «самаритян»

Реализовать идеи, необходимые обществу, помогает и общение с западными коллегами. Большую роль играют тренинги, которые устраивают украинские организации, специально «заточенные» на обучение.

Анна Черныш-Гулевская, глава правления организации SILab Ukraine уже четыре года занимается развитием социального предпринимательства в Украине. Общественники проводят акселераторы, тренинги, помогают запускать проекты, лоббируют интересы социальных предпринимателей в органах власти.

«Чтобы запустить социальное предприятие, нужно понять модель действия – просчитать рентабельность. Наша основная роль – помогаем все рассчитать, составить бизнес-план, чтобы услуги были рентабельны, чтобы не прогореть», — сообщила Анна Черныш-Гулевская.

А вот плоды этого сотрудничества:

«В Украине открыто несколько заведений, где трудоустраивают молодых людей, страдающих синдромом Дауна и аутизмом. В Харькове работает ресторан Снег на голову,  в Луцке – кафе Старе місто (владельцы получили грант на покупку оборудования, а дальше уже розвивались сами), в Киеве – пекарня Good bread, в Боярке — пекарня Cafe 21.3.

В Черновцах организована мастерская Папа Карло, где нашли работу люди без постоянного места жительства. Нуждающихся отыскивают, приводят в порядок, делают документы и, тех кто желает, учат столярным навыкам в мастерской», — рассказала Анна.

А вот пример предприятия, в уставе которого обозначены социальные цели. В Ивано-Франковске работает ресторан – Urban Space 100. 100 – это потому что на запуск заведения скинулись сто местных предпринимателей. 80% прибыли идет на поддержку проектов развития города, 20% — на развитие бизнеса – эти цифры записаны в уставе.

Анна Черныш-Гулевская рассказала о сети фитнесс-центров Самотужка, где занимаются дети с нарушением работы нервно-двигательного аппарата — это пример удачного соцзаказа:

«Супруги Андрей и Татьяна Ивчатовы продали дом, взяли кредиты и вложили деньги в создание первого центра. Они сами разработали авторскую методику физической реабилитации детей. И город закупает их услуги, и родители платят – потому что альтернативы в Киеве просто нет. Сейчас у них уже четыре центра».

Фитнес-центр «Самотужка»

Как показывают примеры, власть реагирует на потребности населения. Спрашиваем мнение представителя власти.

Виктория Галайдюк из Министерства социальной политики работает над законодательными документами, которые станут основой сотрудничества между властью и НПГ.

«Однозначно: будущее есть, власть будет поддерживать социальные проекты. Ведь мы тоже работаем в этом направлении: развиваем социальные услуги, находим новые форматы работы с неправительственными организациями. Сотрудничество с НПО значительно помогает облегчить проблемы людей.

Нам интересен опыт стран Евросоюза, поэтому я принимала участие во онлайн-встречах проекта «Как общественные организации могут предоставлять социальные услуги за бюджетные средства» и полученная информация была очень ценна. Конкретно мы занимаемся совершенствованием нашей законодательной базы, разработкой законодательных актов – чтобы был прочный фундамент для работы», — рассказала Виктория Галайдюк.

И подведем черту. Эту мысль так или иначе высказывали все участники: главное – в социальной работе не разовые благотворительные акции. Главное – подвести государство к пониманию: нужна долгосрочная стратегия решения социальных проблем.

Говорит Наталья Датченко, координатор программ по защите ребенка:

«Мы никогда не ставим деньги во главу угла, мы говорим о приоритетах. Мы говорим, что деньги есть. Это факт. Мы спрашиваем, считает ли власть своим приоритетом решить проблемы людей? Видит ли власть в этом свою стратегическую задачу?

Социальные услуги финансируются по остаточному принципу. И у нас пока приоритет – проедание. Мы видим, что большая часть социальных выплат неэффективна. Деньги дают небольшие и человек не в состоянии восстановить свой социальный потенциал. Человек на крючке зависимости от выплат – не ищет работу, не видит способов, чтобы вернуться к нормальной жизни».

А нужна долгая работа, чтобы человек смог в себя поверить».

Яна ОСАДЧА

Новости по теме