Игорь Смелянский: «Последний срок самый крутой — тебе не нужно быть политически корректным»

Глава «Укрпошты» о планах развития компании на ближайшие два года.

Руководителю «Укрпошты» Игорю Смелянскому продлили контракт еще на два года. На этот срок гендиректор госкомпании поставил перед собой и командой семь основных целей, среди которых открытие новых сортировочных центров, покупка банка, привлечение инвестора и другие. Но основой реформы «Укрпошты» за это время должна стать автоматизация и приток новых кадров. 

По словам Смелянского, на сегодняшний день у многих сотрудников, работающих на 0,2-0,3 ставки накоплен достаточно большой негатив в отношении компании и поменять эту ментальность уже нельзя. «Когда вы переходите на 100% автоматизацию, когда вы видите результат работы каждого сотрудника день в день, когда больше нет людей на 0,2-0,3 ставки и в компании хорошая рыночная зарплата — это совсем другие люди», — размышляет он.

Подробнее о ближайших планах и о том, какие из целей выполнить будет сложнее всего, Игорь Смелянский рассказал в интервью ЦТС. 

В своем Facebook вы написали о семи целях на ближайшие два года. Какие из них выполнить будет сложнее всего? 

Те, которые не полностью зависят от нас. Например, привлечение инвестора, приобретение банка. То есть те вопросы, где важна роль третьей стороны. Я уже не раз говорил, что для меня самая главная цель — независимость компании. То есть, когда успех компании зависит от нее самой. 

Насколько «Укрпошта» на сегодня зависима? 

На 50%, потому что именно такое количество нашей выручки связано тем или иным образом с решением правительства. Мне же хочется, чтобы доля выручки, связанная с государством, через пять лет была не более, чем 10%. 

Только за последние два года объем дивидендов составил около 300 млн грн. Это очень большие деньги — это могли быть новые машины, обновление ИТ, ремонты. Конечно, хочется, чтобы у компании была возможность инвестировать в ту инфраструктуру, за которую не будет стыдно. 

Я с первого дня говорил, что стыдно платить дивиденды, когда у вас еще туалет не в каждом отделении есть. Поэтому, когда с одной стороны вас поджимают регулируемые тарифы, а с другой вы платите 50% дивидендов от прибыли, ваш успех, даже если вы очень хорошо работаете, не всегда зависит от вас. 

Поэтому, мне хочется, чтобы та стратегия, которую мы примем, привела к независимости компании. 

Расскажите о стратегии компании на ближайшие пять лет? 

У нас пятилетняя стратегия, из которой первые два года — это ИТ, передвижные отделения и начало стройки сортировочных центров. Третий — пятый — ремонт всех оставшихся отделений. Я хочу, чтобы к пятому году «Укрпошта» стала совсем другой компанией — не было «убитых» машин, старых компьютеров, разваливающихся отделений. Нормальная компания, готовая конкурировать на рынке и думать не о том, как тушить пожары, а какую роботизированную технику с искусственным интеллектом купить. 

Одной из целей вы обозначили строительство сортировочных центров. Расскажите подробнее? 

Конечная цель — семь автоматизированных сортировочных центров (на правом и левом берегах Киева, Львов, Хмельницкий, Одесса, Харьков, Днепр) и 62 депо (Черновцы, Тернополь и т.д.). Таким образом мы будем полностью покрывать всю страну. Это в разы увеличит нашу эффективность и качество работы.

Надеюсь, что в ближайшее время мы закроем первый тендер. Речь о строительстве на левом берегу Киева. Мы привлекаем кредит на покупку техники. Здание строит подрядчик по принципу built to suit, то есть по нашему заказу с возможностью выкупа. При этом обслуживание здания входит уже в цену. Поэтому у нас очень простой план — мы заезжаем, работаем и смотрим: если 2-3 года здание замечательно себя чувствует — можем его выкупить. Если нет — можем продолжать арендовать. 

Какой будет мощность этого центра? 

Наверное, неправильно об этом говорить пока идет тендер, потому что разные компании предлагают разные технологии. Но это в разы больше, чем у нас сейчас, и будет измеряться в десятках тысяч посылок в час. 

Сколько успеете построить за два года? 

Это объекты с нуля специально под нас. Только строительство будет занимать около года. Реалистичные планы на этот срок — 2-4 сортировочных центра. После Киева будет Львов. Дальше пойдет быстрее. 

Мы не планируем сокращать отделения. Наоборот, в больших городах есть планы по наращиванию, так как видим, что проигрываем в этом конкуренту. 

Кроме этого, куда еще планирует инвестировать в эти ближайшие два года? 

Прежде всего это ИТ. За это время планируем обновить 95% ИТ инфраструктуры. Это будут новые современные системы, а не ретро 90-х, как сейчас. Также ремонты отделений и машины. 

Есть ли еще планы по сокращению отделений? 

Нет, мы не планируем сокращать отделения. Наоборот, в больших городах есть планы по наращиванию, так как видим, что проигрываем в этом конкуренту. В маленьких селах планируем поменять формат обслуживания с халабуд, которые разваливаются, на передвижные отделения. 

Расскажите подробнее про банк? 

Мы идем по модели покупки существующего банка. В ближайшие дни должен закрыться тендер на оценщика, который нам поможет в этом. Мы смотрим несколько целей и, надеюсь, что до конца года закроем сделку. То есть у «Укрпошты» появится свой банк со 100% акций. Нужно согласование Национального банка Украины и нашего акционера, надеюсь, что мы их получим. После этого мы его интегрируем в свою структуру и сможем оказывать банковские услуги. 

Мы смотрим банки с капиталом около 200 млн грн. Мы не смотрим банки с отделениями или большими портфельными кредитами, они нам не нужны. Мы хотим нормальный обычный расчетный банк, который быстро станет частью «Укрпошты». 

По вашим прогнозам, в первый год сколько людей откроет карточки в банке? 

Мы хотим миллион. Но не хотим это делать насильно. У нас есть клиенты в возрасте, и им стресс точно не нужен. Я хочу, чтобы какая-то бабушка попробовала открыть у нас счет или карточку и рассказала подружкам, что у нее скидка на подписку, она может заказывать лекарства и платить за коммунальные без комиссии. Я хочу такой переход. Мне не нужно заставлять людей. У нас высокий уровень доверия, особенно в селах, гораздо больше, чем в банках, и я не хочу его потерять. За пять лет мы не использовали никакие административные механизмы и не будем это делать и далее. 

После покупки банка, как изменится структура доходов? 

Когда мы говорим с вами о зависимости и независимости, то наши постоянные споры с правительством вертятся вокруг вопроса о доставке пенсий. Сегодня это около 25% от наших доходов. Мы откажемся от этого дохода и заместим его чисто рыночными доходами — депозиты, кредиты, платежи и т.д. Как только пенсия переводится на карточку, государство нам больше ничего не платит. Сэкономим государству 10+ миллиардов гривен за 3-4 года. 

Поэтому в нашей стратегии будет проседание по этому типу дохода и компенсация его чисто рыночными доходами. 

В целом, на ближайшие годы прогнозируем, что будут «падать» письма и газеты, а посылки и финансовые услуги — расти. В итоге, доля «старой Укрпошты» за пять лет, думаю, что снизится до 10% от общей выручки.

Недвижимость будет продаваться и это будет последовательность действий: построили — переехали — продали.

Продажа имущества какую часть занимает на сегодня? 

Избавление от старой непрофильной недвижимости, кроме того, что несет поступления в бюджет, которые мы можем использовать для инвестиций, это еще и снижение других затрат. Поддержание здания Главпочтампа в год стоит 11 млн грн. Когда-нибудь, когда мы его продадим, то перестанем тратить деньги на содержание старого и достаточно неэффективного здания. Поэтому недвижимость будет продаваться и это будет последовательность действий: построили — переехали — продали. Вначале, наверное, будем направлять вырученные деньги на строительство новых центров, а потом начнем гасить кредиты. 

Какие у вас сейчас основные статьи расходов и как они изменятся в ближайшие пять лет? 

Сегодня это зарплата и бензин. Но в дальнейшем доля зарплат будет снижаться, доля других затрат — расти. Например, в новом сортировочном центре будет работать не 1200 человек, как сейчас, а 300-400 человек. Конечно, и зарплаты у них будут другими. Но плюс к этому мы будем платить кредит за оборудование, аренду здания и т.д. В идеале мы превратимся в нормальную компанию, где доля зарплат будет составлять не 70%, а хотя бы 50-55%. 

Вы общаетесь с кем-то из потенциальных инвесторов? Как они реагируют на предложение? 

Представьте, что вы инвестор. Вы же знаете средний срок работы правительства или топ-менеджмента в Украине (очень короткий). Теперь представьте, я вам продаю компанию, в которой 50% выручки зависит от государства или в которой всего 10%. Вам как больше понравится? 

Поэтому, в том числе, когда я встречаюсь с инвесторами, то говорю, что мы сделаем еще ряд шагов, чтобы минимизировать долю государства. Таким образом я показываю, что мы становимся привлекательными и гораздо менее рискованными (а значит более дорогими). 

В одном из интервью вы говорили, что на сегодня реформы еще можно откатить назад. Через два года, когда закончится ваш контракт, этого уже не произойдет. Можете пояснить, почему? 

В нашей стране можно все, но это будет очень сложно. Есть HR компонент и есть политический. Что касается HR, то у нас сейчас много людей, работающих на 0,2-0,3 ставки и у них накоплен достаточно большой негатив в отношении компании и поменять эту ментальность уже нельзя. Когда вы переходите на 100% автоматизацию, когда вы видите результат работы каждого сотрудника день в день, когда больше нет людей на 0,2-0,3 ставки и в компании хорошая рыночная зарплата — это совсем другие люди. Их не интересует разнести за две копейки листовки за Иван Ивановича или не потерять субсидию, получив премию, их задача — достойно заработать себе и своей семье на жизнь. И это основа реформы, которая должна случиться за эти два года. 

Представьте, что я реализовал то, что пообещал: оцифрованная компания, куплен банк, построены новые центры. Что можно сделать? Забрать обратно банк, распродать все машины и компьютеры? Это уже системные изменения, которые сложно откатить назад. 

Причем люди почувствуют вкус — они привыкнут к хорошим отделениям, качеству обслуживания, снижению очередей. Кто пойдет на то, чтобы это все забрать? Это миллионы избирателей, которые начинают привыкать к хорошему. 

Вы сказали о негативе. В чем он больше всего проявляется? 

Мы постоянно привязаны к минимальной зарплате. И каждый раз у нас пожар. Потому что минимальную зарплату поменяли, а тарифы нет. Я очень надеюсь, что за два года мы уйдем от понятия минимальной зарплаты и будем платить больше. 

Насколько изменилось отношение людей к компании за время вашей работы? 

Есть такой индекс NPS. Он измеряет количество тех, кто ненавидит компанию против количества тех, кто ее рекомендует. Мы начинали в 2017 году с показателя -20%. Сегодняшний NPS +35%. И впервые количество людей, которые рекомендуют «Укрпошту» пересекло границу в 50%. Для меня это показатель. Но еще лучше этот показатель будет, когда мы поменяем систему и выдача посылки будет занимать вместо пяти минут, одну. 

Вы говорили о том, что необходимо создать работающую команду. Кого вы видите своим преемником? Это должен быть человек изнутри? 

Я думаю, что это будет зависеть от многих факторов, но огромное преимущество у человека, который работает внутри. У нас сложная компания — три огромных бизнеса. С другой стороны, может кто-то придет с новыми идеями. Безусловно, мне хочется, чтобы, когда я уйду, продолжились реформы и, конечно, начались какие-то новые. Стратегию, которую мы утвердим, нужно будет выполнять. А дальше — человек может вносить свои изменения и предлагать свое видение будущего. 

Почему вас назначили без конкурса? 

Меня не назначили без конкурса, мне продлили контракт. Все согласно законодательству — контракт может быть заключен на срок до пяти лет. У меня был на три, и Наблюдательный совет продлил его еще на два года. Я готов к любому конкурсу, но его нужно проводить не в последний день, а за 6-8 месяцев до окончания срока. Чтобы был выбран человек, и, желательно, чтобы его нашли не в переходе, он или она могли завершить свои дела и войти в курс дела тут, плюс нужно заложить время на блокировку в судах. Это же не старая «Укрпошта». Теперь это компания, в которой огромные суммы. Наши инвесторы, подрядчики и клиенты не должны волноваться. Должна быть абсолютная стабильность перехода. То есть все эти конкурсные процедуры должны происходить заранее. 

Вы сказали, что готовы принимать участие в любых конкурсах. Что думаете об «Укрзализныце»? 

Это большая компания с большим количеством проблем. Я считаю, что ее может спасти только человек, который получит абсолютный кредит доверия и не будет 35 раз спрашивать, что ему делать, полагаться на популизм и при этом будет делать очень жесткие и непопулярные меры. Потому что так не бывает, что объем перевозок падает, а количество людей и инфраструктура остается той же… Представьте, что количество писем и газет упали в 2 раза, а количество почтальонов осталось то же. Кредитами на зарплату этот вопрос не закрыть…

Где себя видите через два года? 

На пляже. Любая работа СЕО сложная. Каждое утро у меня начинается с количества больных Covid, аварий, ураганов, краж и т.д. Мне кажется, что человек, будучи в этой роли 7 лет, когда ты не можешь ни на один день выключить телефон, должен выйти, освежить мозг и здоровье перед тем, как браться за что-то другое. 

Я хочу красиво уйти. Поэтому нужно обеспечить эту самую преемственность власти и стратегии, которой следует «Укрпошта».

Я хочу красиво уйти. Поэтому нужно обеспечить эту самую преемственность власти и стратегии, которой следует «Укрпошта». А дальше — будет видно. Но я также понимаю, что 2 года не гарантия, и каждый день может быть последний — тренеров и гендиректоров увольняют за один день. 

А вообще, последний срок самый крутой — тебе не нужно быть политически корректным. А если бы я знал, что буду еще оставаться, то должен был бы взвешивать каждый свой шаг. Я читал книгу про американских президентов, и там тоже говорится о том, что самое крутое — это второй срок. Тебе не нужно думать о том, кому и как понравиться, когда будешь баллотироваться в следующий раз. Ты думаешь о том, что ты оставишь для истории. А это дает свободу, фокус на ключевых вещах и совсем другую мотивацию. По крайней мере для меня.

Читайте также Игорь Смелянский: «Я уже год работаю, а до сих пор женщины какие-то хамят в отделениях«



Источник

Новости по теме